Добывающая отрасль
Добывающая отрасль – это производство убавочной стоимости, и поэтому исторически принято было на рудники посылать преступников, от которых требовался не “созидательный”, а “разрушительный” труд. Допустим, какое-то угольное месторождение имеет определенную стоимость. При добычи угля стоимость месторождения снижается. Прибыль хозяина месторождения образовывается не за счет производства прибавочной стоимости, а за счет “проедания” стоимости месторождения – производства им для себя убавочной стоимости.
Или спиленное дерево – есть произведенная убавочная стоимость, так как новое не скоро вырастет, а спиленное скоро истлеет, кроме тех редких случаев, когда какой-нибудь мастер построит такой хороший дом, который сто лет простоит и тем самым добавить бревну прибавочной стоимости.
Но если это не уголь, не лес, а золото, которое не истлевает от времени или от огня? Убавочная стоимость при добыче золота заключается в том, что: часть вынутого из земли золота крадется ворами. Часть золота поступает в промышленность, и “растворяется” в золотосодержащих деталях военной или космической техники. Еще одна часть поступит в виде слитков в Центральный банк, и для этой части потребуются расходы на надежную охрану, и это золото будет постоянно производить убавочную стоимость для государства.
Только маленькая часть добытого золота распределится в виде ювелирных украшений среди населения. И совсем маленькая часть попадет в виде уникального художественного произведения в какое-нибудь новое золотое кресло президента страны, а после, если кресло не переплавят, в оружейную палату, потому что новый президент, как водится, садиться в кресло старого побрезгует, и закажет себе другое, еще роскошнее. И старое кресло через много лет накопит прибавочную стоимость для потомков.
Но, как целое, золотодобывающая промышленность, как и любая добывающая отрасль, является производством убавочной, а не прибавочной стоимости.
Если же взять для примера алмазодобывающую отрасль, то в ней есть свои особенности отличающие ее от добычи золота. Золото однородно, алмазы – разнородны, их стоимость зависит от размера, а также увеличивается после огранки. Несмотря на это добыча алмазов в России все равно оказывается производством убавочной стоимости.
Почти все алмазы из российских месторождений продаются международному монополисту в торговле алмазами компании “Де Бирс”. Основную часть купленных алмазов “Де Бирс” не продает, чтобы не сбить цены на мировом рынке, а те, что продает, продает дорого.
Объяснение такое: Россия не успевает обработать все алмазы, которые добывает. И если Россия будет продавать алмазы без посредников, тем более неограненные, то она, волей-неволей, собьет мировые цены. И больше чем ей дает “Де Бирс” за алмазы Российское государство нигде не получит. Это официальная экономическая версия.
Теперь, как мы объясняем ситуацию: В России количество добываемых алмазов так велико, что государство способно дарить каждой выпускнице школы кольцо с бриллиантом и, таким образом, производимую убавочную стоимость превращать в прибавочную стоимость для населения. Но этого не происходит, потому что почти весь годовой сбор алмазов идет в обмен на иностранную валюту, напечатанную на бумаге. А ни одна страна никогда не обменяет свою бумажную валюту иностранным держателям на что-то ценное. То есть, алмазы обменять на бумагу с узорами можно, но бумагу на алмазы обменять нельзя.
А теперь, представим, где фирма “Де Бирс” хранит лишние алмазы? Можно предположить, что они попадают в США, так как алмазы нужны для производства высокоточной техники. Но, судя по тому, как плохо летают американские военные и космические ракеты, в США не хватает специалистов по применению в производстве высокоточных технологий (в связи с демографическими изменениями). Если и нужны Америке алмазы, то только для того, чтобы они не достались российской военной промышленности.
Богатым покупателям лишние алмазы в свободной продаже тоже не нужны, (как говорил Жванецкий: “ты купил, я купил, мы его не любим - он тоже купил”). Хозяева “Де Бирс” точно знают, что им накопленные алмазы при их жизни не понадобятся, так как, если они попадут в продажу, то дело даже не в том, что цена на алмазы понизится, а “рухнут” на биржах акции “Де Бирс”.
Поэтому где надежней для “Де Бирс” хранить “лишние” алмазы? Можно предположить, что на дне океана. Если ими дно океана засевать, то уж точно никто их не украдет. Утопленные алмазы повышают стоимость всех оставшихся алмазов, приобретая качество “неперемещаемости”. С точки зрения свободной экономики, такой способ хранения алмазов самый выгодный, не надо тратиться на охрану и сейфы.
Вопрос в том, как топят алмазы “Де Бирс” - тайно или явно, чтобы получить страховку? Как раз в конце 1999 года промелькнуло сообщение по телевизору, что в районе мыса Горн (это возле Чили) затонул во время шторма корабль с партией алмазов, следующий в Голландию, и принадлежащий “Де Бирс”, (команда спаслась, алмазы в сейфах утонули), значит, все-таки они получают страховку. Судя по месту затопления, корабль шел из Владивостока, но не через Панамский канал, чтобы американцы не ограбили. В Англии, где находится офис “Де Бирс” в это время судили Пиночета, чтобы чилийцы помнили, “кто хозяин”. Рядом с местом затопления - Мальвинские острова, принадлежащие Англии, значит все-таки, они планируют корабль достать когда-нибудь, когда демократия в России кончится. А пока можно получить страховку. Ведь, если у продавца алмазов есть две возможности: продать алмаз за 100 долларов, или получить за потерянный алмаз страховку, в 100 или даже 80 долларов, то он, наверное, выберет страховку, только чтобы покупателя без алмаза оставить.
Так что и выходит, что наша алмазная отрасль производит для государства только убавочную стоимость. Причем “Де Бирс” для нашей страны делает и благое дело: “Де Бирс” скупила акции нового архангельского месторождения алмазов и “заморозила” это месторождение, в полном соответствии со своей политикой поддержания дефицита алмазов. России от этого польза, - алмазы не разворовываются.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34