Незаконность обмена между государством и гражданином
Поэтому формально, нашему государству, которое, если сказать как Солженицын: “в ребрах” у русского человека, приятнее, когда с ним не обмениваются, и уж тем более не торгуются с ним, а что-то ему дарят. А оно уж в ответ тоже что-нибудь подарит, если не деньги, то памятник после смерти. Государству даже лучше, если у него гражданин что-то украдет, но до “свободной торговли” с ним оно “не опустится”.
То, что государство не вступает с гражданами в отношения обмена, это нормально. Но так как материалистическая экономика отрицает государство, как нечто самоценное, а считает государство – собранием чиновников, “общественным договором”, то она и не понимает, почему государство не может обмениваться с гражданами.
Для материалистической экономики образец - США. Там отношения обмена существует законно, как между гражданами, так и между гражданами и государством, потому что само государство понимается, как собрание его граждан.
Для традиционного государства отношения обмена между гражданами или даже семьями являются проблемой, и оно на отношения обмена между гражданами смотрит неодобрительно. Еще до Адама Смита сторонники развития, так называемой, “свободной торговли” подразумевали только межгосударственную “внешнюю” торговлю. О внутригосударственной торговле в феодальных тогда странах речь не шла. Всем было ясно, что внутренняя торговля между гражданами для государства это ненужное перемещение стоимостей, от которых стоимости рано или поздно ускользают из-под “ока” государства, и ее развивать не надо.
Это только у негосударственных народов внутренняя и внешняя торговля равнозначны, и этот подход привнесен в современную экономическую науку, в которой отсутствует понятие “государственные интересы”, и само понятие “государство” смешано с понятием “народ”.
“Государственные интересы” предполагают, что то, что человеку нужно, государство ему или само даст, или разрешит собрать урожай со своей земли, взяв свою долю. А в любом обмене заложена несправедливость.
Она заключается в следующем. Справедливым является только равный обмен. Но его сфера в жизни очень узка. Например, один человек у другого разменивает десятирублевую купюру по рублю. Вот это справедливый обмен. А когда один человек за деньги покупает у другого нужный ему товар, сговорившись о цене, то это не “равный” обмен а “взаимовыгодный”.
Возьмем типичный пример взаимовыгодного обмена из советской эпохи. В магазине бутылка водки стоила 5 рублей, а у таксиста ночью – 10. Про таксиста говорили, что он – спекулянт, наживается на народе. Отнюдь нет, ведь не он же устроил “ночной дефицит” алкоголя, а государство своим указом. С точки зрения экономики обмен с покупателями таксист производил взаимовыгодный. Ведь тот, кто покупает водку у него ночью, не может больше нигде ее купить даже за 10 рублей. А ему нужна бутылка именно сейчас. И ему выгодно истратить 10 рублей. Таксист получил прибыль в виде прибавочной стоимости на 5 рублей, а покупатель – прибыль в виде убавочной стоимости на те же 5 рублей, как возможность распить бутылку, не дожидаясь следующего дня. Оба оказались в выгоде.
Но нанесен ущерб государственному престижу. Каким образом? Государство таксисту эту водку, которой он запасся в магазине, по 5 рублей, не продало за деньги, как он решил, а “распределило”. То есть, он обязан был ее или выпить, или кого-то угостить, или, как исключение, уступить ее кому-нибудь за те же 5 рублей. То есть, он получил бутылку не в “собственность”, а в “управление”: “выпил – сдал посуду”. Обменяв же ее на 10 рублей, таксист и покупатель, хоть и совершили взаимовыгодную сделку, оскорбили государство, которое запретило торговлю спиртным ночью.
Но если в государстве разрешен свободный обмен между гражданами, то и тогда это невыгодно государству.
Допустим, два человека обменялись товарами. Товар приобретенный – для человека имеет всегда большую ценность, чем тот, который он отдал взамен. Так же и для второго участника “договора обмена”. Они оба стали богаче. Поэтому их договор обмена и называется “взаимовыгодным”. Но ведь вокруг них существуют другие люди, которые от их договора обмена не увеличили “свои стоимости”, и для них он не выгоден. То есть, при “взаимовыгодном” обмене всегда есть “третий пострадавший”.
Человек, который чаще вступает в отношения обмена, богатеет быстрее, чем тот, который обменов не совершает. Значит, часто обменивающийся гражданин достигает имущественного превосходства над другими гражданами, что не нравится государству, которое всех “любит” одинаково, и само хочет решать, кого ему поощрять через свою систему распределения. Поэтому для государства удобно, когда в нем, как в натуральном хозяйстве, отношений обмена нет вообще, и вместо денег – карточки.
И идеальный гражданин для государства – это тот, который не вступает в отношения обмена с другими гражданами, он все получает от государства, как правило, это военный человек, у него все “казенное”: вещевой и продуктовый пайки, жилье. Его общественный статус должен повышается только с получением очередного воинского звания, а никак с увеличением имущества. Поэтому можно сказать, что для военной мощи государства отношения обмена – необходимое зло, а отношения распределения – идеал.
Но и у “идеального” гражданина есть жена, которая будет смотреть на других женщин, чтобы сравнительным путем оценить, хорошо ли она одета. И она будет конкурировать в одежде и в предметах быта со своими соседками. Хорошо, если при этом она сама будет шить себе одежду и разукрашивать кухонную утварь. Тогда ее стремление к превосходству над соседками не породит отношений обмена. Но, скорее всего ей понадобиться то, что она может только выменять. Кроме жены у “идеального” гражданина есть еще дети и внуки, которых надо “обустраивать”.
Поэтому, пока есть семьи в государстве, между гражданами будут отношения обмена, которые невозможно отменить, так как семья – такая же религиозная организация, как и государство, и у нее свои интересы. Правовое равновесие между семьей и государством в “здоровом” обществе поддерживается Православной Церковью, а в “больном” - только государственным инстинктом народа.
Выводы
Если противопоставлять коммунистическое и демократическое государства, то коммунистическое государство стремится к отмене всех отношений обмена внутри государства, а демократическое государство стремится, к отмене всех отношений распределения. Таким образом, получается, что и коммунистическое, и демократическое государства стремятся отменить семью, как хозяйственную единицу в государстве. Разница в том, что коммунизм отменяет семью через запрет отношений обмена между семьями, а демократия отменяет семью через запрет отношений распределения внутри семей.
Марксо-смитовские экономисты пытаются смешать сферы обмена и распределения, доказывая, что “распределение” - это тоже “обмен”, только “несправедливый” - “эксплуатация”, со всеми формами которой надо бороться. В реальной же жизни люди не равны по своей силе, и между ними характерны в первую очередь отношения “распределения”, когда более сильный распределяет “стоимости” между собой и более слабыми. Причем, очень часто и “сильный” и “слабый” вполне довольны сложившимися между ними отношениями “распределения” и отменить эти отношения государственным указом невозможно.
Поэтому Советская власть, борясь с отношениями “распределения”-“эксплуатации” между гражданами, лишь усилила отношения “распределения”-“эксплуатации” между государством и гражданами, называя эти отношения “обменом”. Хотя если “обмен” произведен по праву силы одной из сторон, и от него другая сторона не может уклониться, то это “фиктивный обмен”, по сути – то же самое “распределение”.
При демократической власти, которая, декларируя свободу, тоже не признает отношений “распределения”, экономическая наука, ее обслуживающая, пытается все отношения “обмена” и “распределения” не просто смешать, а свести их к “денежному счету”, называя это “монетаризмом”.
В результате экономисты смешивают терминологию из разных экономических сфер, запутывая науку. Удобно же различать термины. Например: к сфере распределения относятся термины, связанные с производственной стоимостью, – “рента”, “издержки”, “амортизация”, “продукты” и термины, связанные с потребительской стоимостью, – “доходы”, “расходы”, “отходы”, “вещи”. А к сфере обмена относятся термины, связанные с меновой стоимостью, – “прибыль”, “убытки”, “товары” и термины, связанные с денежной стоимостью, – “процент”, “кредит”, “деньги”.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34