- Когда рухнул Советский Союз, вместе с ним рухнула и советская техносфера. Все осталось бесхозным, исчезло государство, финансирование. Что же стало с этими технологиями? Они заглохли, их разворовали или они забыты в опустевших лабораториях или цехах? Или их унесли с собой их создатели, мыслители? Какова их судьба? Какая часть из них погибла безвозвратно? Какая часть работает в Калифорнии?
С.К. У меня есть ощущение, что на Запад уехали не самые сокровенные носители технологий РУССКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ. Потому что большинство уехавших туда — всё же не ключевые фигуры нашей науки. Яркие, талантливые, но не ключевые. Из тех, кто действительно создавал новейшие технологии, почти никто не уехал. Я никогда не забуду ответ Игоря Смирнова на предложение переехать в США. Когда американцы смогли узнать об идее разрабатываемого им семантического резонатора, они прислали сюда очень серьезного человека. На встрече американец предложил Смирнову любые условия и неограниченное финансирование. Знаете, что Смирнов ответил? Смирнов, — сказал он, — это моя фамилия по матери. А по отцу я Абакумов. Вы что, думаете, что сын сталинского наркома пойдет вам помогать? Вот ведь человечище!
- Этот прорыв должен был произойти в Красной части спектра цивилизации? Или он происходил по всем континентам? Иными словами, это результат нашего метода концентрации сил и средств на конкретной цели, или же это закономерная ступень развития человечества?
С.К. Безусловно, в это движение, так или иначе, включено всё человечество. Есть общее накопление энергии человеческой цивилизацией. Но всё же я уверен, что сам прорыв к цивилизации будущего, к сверхчеловеку наиболее вероятен именно в России. И даже не столько из-за цвета спектра, а из-за того, что Россия всегда была уникальной цивилизацией. Цивилизацией, которая вбирала в себя всё, что можно было вобрать в мире. Причем вбирала и на уровне личности, и на уровне русского народа. Я не знаю, в каком спектре произойдёт этот прорыв. Но единственное, в чем я точно убежден: что подготовлен и оплачен этот прорыв красным проектом СССР.
Понимаете, в красном смысле в парадоксальном виде существовал некий постулат, может быть, главный: человек — это не животное. Что человек — это высшее существо. И ответственность человека в Красном спектре цивилизации была на порядок выше, чем в любом другом, где в случае чего все недостатки списывались на бога и природное несовершенство человека.
- Это так. Но борьба с недостатками и слабостями человека в Красном спектре теперь превратилась в тему бесконечных спекуляций современных псевдоисториков. Тему репрессий, дискредитации, сталинизма, которыми, как таранами, рушат памятники Красной цивилизации. Рушат историческое наследство СССР.
С.К. Я думаю, что это вполне очевидный заказ наших противников. Которые хорошо понимают, что им нужно выиграть ещё как минимум 10-15 лет, чтобы догнать нас. И поэтому нужно остановить нас, заставить заняться саморазрушением, копанием в прошлом.
Вот недавно мы привлекли очень талантливых ребят-математиков к исследованию исторических альтернатив. Что было бы, если? Нам самим было интересно. Были ли альтернативы лагерям, репрессиям, коллективизации? Это ведь очень болезненная тема для всех. Мы профинансировали их работы. Странно, что никто раньше этим не занялся. У нас ведь в архивах накоплен огромный статистический материал. Можно совершенно спокойно моделировать любые альтернативы и сравнивать их. Были выбраны следующие альтернативы: “Белая Россия”, Россия Троцкого, Россия Бухарина и его группы. Мы получили просто невероятные результаты. Ошеломляющие.
“Белый проект” при расчётах заканчивался уже в середине 20-х полным развалом страны на кучу республик. У “белых” не было ни воли, ни идеи, ни плана — ничего. Только война в долг за деньги тех, кто был готов после войны поучаствовать в разделе России. В “белом спектре” не было энергии. Все энергия белого спектра умерла еще в начале века. Если бы можно было ту энергию использовать, то, может быть, все в русской судьбе сложилось по-иному, но той энергии не было уже к началу двадцатого века. И мировая война это показала со всей очевидностью. Не большевики же царя скинули!
Проект Троцкого — неминуемая новая гражданская война, непрерывная цепь восстаний и бунтов. Фактически геноцид в стиле Пол-Пота, но в масштабах всей страны. Кто не с нами — тот мёртв!
Бухаринская Россия — слабая, рыхлая, несформированная до конца страна. К середине 30-х в ней только-только должны были появиться предпосылки для создания тяжёлой индустрии. Это просто мечта Гитлера. Именно такую Россию он и представлял себе в своём воображении.
Я очень люблю Булгакова. Ещё в седьмом классе его прочел и увлёкся на всю жизнь. Все эти годы я пытался понять одну вещь — почему его так ценил и оберегал Сталин? Он же ему такой промоушен устроил. Не говоря уже, сколько раз ходил на “Белую гвардию”. Он очень высоко ценил “Белую гвардию”, у него было сложное, настороженное, но в общем благожелательное отношение к “Батуму”, слегка ироничное, но спокойное отношение ко всем “Роковым яйцам”, “Собачьему сердцу” и полное неприятие “Мастера и Маргариты”. Меня заинтересовал этот момент. Я стал искать — откуда это известно? Оказалось, что Сталин несколько раз говорил об этом в кругу людей, которые были известны в Москве, как те, кто формирует общественное мнение. И я нашёл ответ на мучивший меня вопрос. Сталин просто не хотел, чтобы — по крайней мере, при его жизни — его ассоциировали с ключевым персонажем “Мастера и Маргариты”. Я говорю о Воланде. Я думаю, что Сталин почувствовал, что в “Мастере и Маргарите” именно он — главный прообраз Воланда. Потому что Воланд — это зло, которое творит добро.
Давайте взглянем на то время. Единственный ресурс, которого в России после мировой войны и революции было в избытке — это зло. Ни промышленности, ни социального согласия, ни экономической стабильности. Ничего. Руины, преступность, озлобленные народные массы, война всех со всеми. И энергия зла была единственной энергией, которая тогда работала. Если с точки зрения сегодняшнего понимания менеджмента исследовать деятельность Сталина, то поневоле приходишь к выводу, что он был гениальный “кризисный менеджер”.
Дано — разваленная, разорённая компания, фактически банкрот. Денег никто ей давать не собирается. Впереди — через 10-15 лет — раздел и поглощение. Либо с Запада, либо с Востока, а скорее всего, и оттуда, и оттуда приедут ребята с пушками и танками и начнут делить твой бизнес. И что ему было делать?
Поскольку это была зона Зла, где именно зло все последние годы было “рабочим телом” он, как настоящий менеджер, был вынужден использовать те возможности, которые у него были. Он очень точно нашёл класс, нажившийся на зле предыдущих лет — собственников, “кулаков”, сосредоточивших за голодные годы войны в своих руках большие ресурсы, и эти ресурсы у этого класса вырвал. Перераспределил их, вложив в принципиально новый бизнес-проект. Провёл кадровую чистку. Привёл к руководству эффективных менеджеров и запустил проект.
Да, энергией этого проекта на первых порах было Зло. Но другой-то силы тогда в России просто не было. Да, строились лагеря и сотни тысяч людей прошли через них, но без этого “большого зла”, по оценкам тех же системщиков, уже к началу 30-х годов в стране могла начаться новая гражданская война “за хлеб” — настолько велик был разброс в уровне жизни между жизнью городов, нищих областей и чернозёмных благополучных губерний. Сталин смог протащить страну по тончайшему волосу над пропастью. Как ему это удалось — я до сих пор не могу до конца понять…