Под Образом действия подразумевается тип взаимодействия в процессе хозяйственной деятельности в рамках отношений «Я-ТЫ», «Я-ОНИ», «Я-ВСЕ». Следует отметить, что данная последовательность отражает историческое развитие общностей. Так, для самых ранних стадий развития человека преимущественным типом является «Я-ТЫ», для традиционного общества и, особенно, для модерна «Я-ОНИ», а для позднего модерна с появлением СМИ и развитием средств транспорта и связи «Я-ВСЕ». Собственно, этот тип взаимодействия скорее всего станет основным для постмодерна, поскольку масштаб восприятия пространства у живущих ныне людей все больше равняется всему земному шару.
Не останавливаясь подробно на рассмотрении данной области, отметим, что для архетипа Лес/Степь отношения «Я-ТЫ» не подразумевают жесткого закрепления функций (поскольку характер решаемых задач не типизирован) и, следовательно, однозначного порядка взаимодействия. Скорее имеется в виду, что сам характер решаемой задачи определит ad hoc порядок взаимоотношений индивидов. В рамках отношений «Я-ОНИ» данное обстоятельство исключает жесткую и однозначную специализацию членов группы, решающих задачи с существенным эвристическим компонентом. Можно предположить, что это означает скорее индивидуализм, чем готовность безропотно принять определенную для тебя функцию. Напротив, архетип Море/Степь предполагает прямо противоположный набор свойств, то есть специализацию индивида и закрепление за ним функции. Можно даже сказать, что для архетипа Море/степь правила важнее игры, а для архетипа Лес/Степь – игра важнее правил.
Восприятие Времени, вероятно, претерпевает значительные модификации в процессе складывания общностей и расширяющегося освоения пространств, что требует отдельной реконструкции. По крайней мере, сегодня в преломлении процессов хозяйственной деятельности, типичной для модерна, мы можем соотнести категории времени следующим образом:
Прошлое
Материальные активы
Наследство
Настоящее
Потребление
Будущее
Накопление
Инвестиции
В СССР, где модерн реализовался в форме социализма, под действием социально- экономических отношений были ослаблены категории прошлого и настоящего. Материальные активы были лишены реальной оценки, достаточно сказать, что в экономической науке длительное время господствовал тезис о неисчерпаемости ресурсов СССР и, к тому же, был крайне запутан вопрос собственника. Об этом много и продуктивно пишет С.Чернышёв. Потребление было ослаблено, причем не только директивно, что говорит о сложностях в восприятии категории «настоящее». При этом была чрезвычайно усилена категория «будущее». Советская экономика была явно переинвестирована (другой вопрос, что инвестиции имели диспропорциональный характер), а население имело существенные сбережения.
В этом обстоятельстве наблюдается действие ценностной системы, утвердившейся в советском социалистическом обществе. Центром идеологии была своеобразная красная эсхатология – ожидание наступления коммунизма, которая объективно предопределяла характер принимаемых хозяйственных решений на всех уровнях социума. Накладываясь на архетип Лес/Степь она привела к возникновению всем нам известной экономической системы – автаркической, интенсивно эксплуатировавшей природу, хорошо производящей уникальные изделия, но не способной удовлетворить повседневные потребности населения. Глухое недовольство населения вызывалось не столько условиями жизни, которые были откровенно плохи в сравнительно короткие периоды, сколько предписываемой ему жесткой специализацией.
В современной России, где фактически отсутствует ценностная система, произошло смещение акцентов в категориях времени. Категория прошлого существенно усилилась, причем способ и характер раздела доставшегося обществу наследства в основном воспринимается как несправедливый и раздача населению квартир снять это настроение не может, поскольку население всегда считало их своими. Категория будущего практически сведена к нулю, поскольку в общественном мнении нет согласия о векторе развития, в результате чего инвестиции малы, а накопления недостаточны. При этом категория настоящего непомерно разрослась и потребление имеет черты лихорадочного и беспорядочного проедания не только ресурсов, но и жизней. При этом в полной мере проявил себя индивидуализм, и без того свойственный архетипу Лес/Степь.
Ценностная система выполняет совершенно необходимую для любой общности функцию ограничителя, формируя мораль и культуру, которая по Ю.Лотману является системой запретов. В американской системе Бог, как мы показали, является фактором сдерживания индивидуализма (быть угодным Богу) и ограничителем всевластия денег (благосостояние на Земле нужно для воздаяния после жизни). Поэтому свобода, как интегральный смысл, не означает, будто можно делать все, что заблагорассудится.
Ситуация в России дополнительно осложняется тем, что в результате ударной урбанизации не произошло плавного перетекания сельской традиции в городскую. Сельская традиция, характерная для премодерна, в результате утеряна, а городская традиция сложилась только в социалистической версии модерна, а носителем ее являются рабочие промышленных предприятий, то есть отсутствует прослойка мелкой городской буржуазии, которая является на Западе своего рода эталоном городской традиции. Не исключено, что подобное обстоятельство парадоксальным образом может быть выигрышным при переходе к постмодерну, основные черты которого пока неясны.
Если исходить из нашей гипотезы, что проектной общностью постмодерна в идеале должно являться все население планеты, то в соответствии с нашими рассуждениями содержанием перехода к постмодерну должно стать сложение архетипов и сопряжение смыслов. При этом институанализация складывающихся социально-экономических отношений новой гиперобщности в обязательном плане должна предусматривать те же цели, что стояли в период складывания демократических институтов и процедур модерна.
Текущие демографические и миграционные процессы, как наблюдаемые, так и прогнозируемые подводят к мысли о том, что индивидуум сам будет выбирать созвучный ему архетип, ареал проживания и тип взаимодействия в процессе хозяйственных связей. Разумеется, он не сможет полностью преодолеть собственный исходный архетип, и в целом это будет стимулировать процесс сложения архетипов. Множественность ценнностных систем, существующих в мире, потребует выработки новых международных институтов и процедур, препятствующих распространению розни, что должно привести к сопряжению смыслов. Мировое разделение труда подведет к формированию зон промышленности, услуг и знаний, причем не исключено, что границы зон будут менее проницаемы, нежели границы современных государств.
Местом России, которое она может занять в подобной гипотетической системе мирохозяйственных связей, исходя из ее архетипа и смыслов хозяйства, может стать зона знаний. Как представляется, у России нет шансов развернуть на своей территории крупные промышленные производства, выпускающие массовую продукцию, причем не потому, что в конкуренции за них заведомо победит Китай. Такой тип деятельности не соответствует нашему архетипу. Зато архетипу соответствуют простое потребление природы и эвристическая деятельность. Поэтому добыча полезных ископаемых и производство знаний вполне удавались России и вполне могут быть успешными в будущем.
Основной проблемой на данный момент представляется крайняя слабость ценностной системы. При этом поляризация общественного мнения по ключевым вопросам не позволяет достичь согласия в целом ряде критически важных областей, где именно требуется общественное согласие. Это затрудняет формирование действенных смыслов, которые, собственно, и управляют развитием общности. Выход, как представляется, может быть найден в одном: если мы не можем договориться о позитиве, то имеет смысл попытаться сформулировать то, что мы как общество, не будем делать ни при каких обстоятельствах, то есть о, своего рода, «смертных грехах». Это касается всех сфер жизни – власти, приватности и, разумеется, хозяйства. При этом во главу угла нам нужно ставить системную однородность смыслов, то есть гармонию, но не справедливость, вопреки распространенному убеждению, ибо справедливость, как известно – обратная сторона скупости.
Страницы: 1 2