ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО И РУССКИЙ ХАРАКТЕР
Предпринимательский слой Российской империи был чрезвычайно разнородным по своему составу, образованию и культуре, положению в обществе. Формирование предпринимательства на протяжении многих столетий в очень сложных социальных условиях (крепостничество, полицейское государство) привело к тому, что, с одной стороны, в этой среде оказались дворяне – представители привилегированного сословия, с другой стороны – крестьяне, занимавшие нижние ступени социальной лестницы. А между ними находились купцы, большинство родов которых вели свое начало от тех же крестьян.
Для представителей дворянства занятие предпринимательством считалось недостойным их благородного сословия. И хотя в России процесс «обуржуазивания» дворянства начался еще в XVIII веке, но даже спустя столетие деятельность помещичьих фабрик была, скорее, вынужденным ответом на развитие в стране новых отношений и реализацией предоставленных верховной властью привилегий, чем настоятельной потребностью. Участие же дворян в торговле всегда воспринималось как нечто выходящее за рамки здравого смысла. Например, Екатерина II, узнав о желании графа Апраксина вступить в купеческую гильдию, назвала его сумасшедшим.
В то же время российские купцы всегда стремились получить дворянский титул и сопутствующие ему привилегии – прежде всего для того, чтобы активнее развивать собственное дело. Поскольку основную массу предпринимателей дореволюционной России составляли именно купцы, то их мировоззрение, их отношение к связи материального и духовного представляют большой интерес. В этом смысле показателен сложный и противоречивый путь от патриархально - крепостнической психологии и сословной ограниченности к высоким культурным достижениям и общественно - политическому лидерству отдельных представителей российских торгово - промышленных кругов. Ведь именно из этой среды вышли виднейшие общественные деятели и крупнейшие меценаты рубежа XIX и XX столетий: Савва Тимофеевич Морозов, Павел Павлович Рябушинский, Александр Иванович Гучков и многие другие.
Сущность этических принципов русского предпринимательства всегда заключалась в преобладании духовно - нравственных мотивов жизненного поведения над мотивами материальными. Хорошо известно, что русское народное понимание нестяжательства укладывалось в короткие и четкие афоризмы: «Лишнего не бери, карман не дери, души не губи», «Живота (богатства – Ю.Г.) не копи, а душу не мори ».
К богатству и богачам, к накопительству русский человек издревле относился недоброжелательно и с большим подозрением. Многие в русском обществе считали, что любое богатство связано с грехом. «Богатство перед Богом – большой грех». «Богатому черти деньги куют». «Пусти душу в ад – будешь богат». «В аду не быть – богатства не нажить». Эти и другие русские народные пословицы отражают «русский дух рынка». Православному русскому человеку всегда была чужда идея богатства ради богатства.
Идее «прогресса» как стяжательства русская духовная экономическая культура противопоставляет идею преображения жизни через преодоление греховной основы человека путем самоотверженного подвижнического труда. Труд в православной этике русского человека – безусловная добродетель, исполнение которой – высшее жизненное наслаждение, посредством него он приближается к Богу, преодолевая свою греховную основу.
Анализируя характер великороссов, известный русский историк, академик В.Безобразов выделял такие его черты, которые способствовали развитию русского предпринимательства:
* чувство меры, которое уравновешивает разнообразные душевные порывы и страсти русского предпринимателя, соразмеряет важность целей и реальность способов их достижения;
* практический расчет, то есть умение сосредоточиться на ближайших и важнейших целях жизни и пожертвовать более отдаленными, менее необходимыми и менее достижимыми, хотя бы и возвышенными целями;
* самообладание в сложных жизненных ситуациях;
* трезвость характера, не позволяющая увлекаться никакими чувствами и страстями, удаляющими его от поставленной задачи, от начатого предприятия;
* сила воли, непрерывно поддерживающая бодрость духа, не позволяющая предаваться излишнему самообольщению при успехе и излишнему унынию при неудаче, всегда дающая рассудку господство над порывами чувств.
Именно эти черты, объединяющие лучшие этические качества русского человека, и стали фундаментом развития русского предпринимательства, определявшим его успех на протяжении многих веков. В литературе можно встретить два взгляда на предпринимательскую культуру в дореволюционной России. В соответствии с первым, русское купечество отличалось кристальной честностью, взаимным доверием (сделки на десятки и сотни тысяч рублей закреплялись рукопожатием), ответственностью, инициативностью, цепким умом и знанием экономических условий, стремлением к культурным достижениям, проявлением национального самосознания (в более широком его понимании, чем «квасной патриотизм»).
Второй взгляд на традиции русского предпринимательства является прямо противоположным. Он, основываясь прежде всего на свидетельствах иностранцев, характеризует русских купцов как недобросовестных партнеров и закоренелых обманщиков. Непомерная страсть к обогащению, неразборчивость в средствах достижения богатства, деспотизм и невежество, особенно ярко выразившиеся в период «первоначального накопления» – вот те черты, которые длительное время, якобы, были характерны для русского предпринимательства. Именно они, благодаря пьесам А.Н.Островского, стали синонимом пресловутого «темного царства».
Какие же «недружественные» рынку черты российского характера обычно выделяют?
* Мечтательность. Русскому человеку свойственно стремление к абсолютному и совершенному царству бытия.
* Максимализм и радикализм. («Либо грудь в крестах, либо голова в кустах», «Или пан, или пропал»).
* Отсутствие размеренности в работе. Веками повторяемая сезонность сельскохозяйственных работ, с их летней горячкой и зимним покоем, сделала русских сторонниками аврального стиля работы.
* «Крепость задним умом». Своенравие российской природы с ее невозможностью надежных хозяйственных прогнозов приучили россиян «больше обсуждать пройденный путь, чем соображать дальнейший, больше оглядываться назад, чем заглядывать вперед» (В.О.Ключевский).
* Комплекс неполноценности (поклонение иностранному). Этот комплекс рождал два чувства: неприятие – и тогда возникал «железный занавес», или поклонение – и тогда следовало слепое копирование.
* Уравнительность. («Инициатива наказуема», «быть как все», «не высовываться»).
* Государственный патернализм. Представление о справедливости в России в течение многих веков воспринималось (и воспринимается) как государственное обеспечение минимального уровня жизни, что очень часто перерождалось в иждивенчество.
* Терпение. Это качество не раз выручало нашу страну в экстремальные моменты истории, но в повседневной жизни оно превращалось в равнодушие и непритязательность.
* Расточительство и пьянство. Эти черты идут от широты и разгульной удали русского человека, от беспечности и бесшабашности.
* Отсутствие законопослушности. Народ не может себе представить, что выполнять законы и подчиняться им можно добровольно.
Однако при всей противоречивости русского характера природа и история сформировали его самодостаточным и сбалансированным. Многое можно объяснить тем, что роль русского человека в системе экономических отношений во все периоды нашей истории сводилась к тому, что он был либо данником, либо тягловой силой, либо маленьким винтиком огромной государственной машины. И фактически никогда не был хозяином. Логическим следствием российской истории стало закрепощение личности, ее постоянное подавление, холопское подчинение власти, формирование «рабского» менталитета.
Но с таким негативным подходом многие были не согласны уже в те времена. «Если бы торговое сословие и в прежней Московии, и в недавней России, – отмечал историк русского купечества П.А.Бурышкин, – было бы, на самом деле, сборищем плутов и мошенников, не имеющих ни чести, ни совести, то как объяснить те огромные успехи, которые сопровождали развитие русского народного хозяйства и поднятие производительных сил страны? Русская промышленность создавалась не казенными усилиями и, за редкими исключениями, не руками лиц дворянского сословия. Русские фабрики построены и оборудованы русским купечеством. Промышленность в России вышла из торговли. Нельзя строить здоровое дело на нездоровом основании. И если результаты говорят сами за себя, торговое сословие было в своей массе здоровым, а не таким порочным, как его представляли легенды иностранных путешественников».